Гривня девальвирует умеренно. Это хорошо. Почему так происходит, учитывая войну и потери

В процентах к курсу на 23 февраля гривня девальвировала всего на 16-17%. Почему девальвация приятно умеренная

С начала великой войны России против Украины гривня, конечно, девальвировала. Но относительно ситуации, довольно умеренно. Сказал бы даже, приятно удивила.

В обменниках сегодня курс к доллару (покупка-продажа) 32-35 гривен. К евро – 35-40 гривен. В процентах к курсу на 23 февраля всего 16-17% (16% девальвация к доллару, 17% – к евро).

Это очень немного. Учитывая войну.

Каждый день Украина теряет $7-10 млрд из-за вражеских обстрелов.

Значительная часть производственных мощностей, особенно в экспортоориентированных отраслях (металлургия, агро, пищепром), остановлена и приостановлена. Есть трудности с логистикой – это касается как перевозок, так и складского хозяйства (о блокпостах на основных магистралях много сказано, и часть складов разбита и/или блокирована врагом).

Серьезные проблемы с портами, которые почти или вообще не работают.

Это по основным причинам.

Из ситуативных – присущи любой войне негативные настроения населения (не хочу употреблять слова паника). Это просто констатация факта, иначе быть не может.

И при этом всем, при всех этих отрицательных факторах, курс изменился очень умеренно. В рамках консервативных сценариев Национального банка Украины, применяемых для стресс-тестов (которые, напомню, войны не предполагали).

Для сравнения, Россия, на территории которой нет войны, нет разбомбленных городов, оккупации территории и сотен убийств детей и гражданских граждан. Если брать наличный курс, рубль за то же время девальвировал на 46,4% к доллару и на 46,5% к евро, то есть почти наполовину.

Можно даже пошутить, что, судя по динамике курса (который очень сильно учитывает ожидания развития экономики), не Россия напала на нас, а Вооруженные силы Украины стоят под москвой и ожидают приказа к финальному штурму.

Почему так, почему девальвация приятно умеренная, несмотря на войну и потери.

Вот пять основных причин

1. Очень своевременная реакция НБУ – валютные ограничения.

У Нацбанка был план быстрого реагирования на случай вооруженной агрессии, который он реализовал через несколько часов после вторжения: ввел ограничения на операции с валютой, на трансграничные переводы. Это позволило перебить ожидаемую панику первых часов и дней.

Очень правильные шаги для начала войны. Если бы не ограничение, курс мог в первый же день взлететь в небо, а дальше сработал бы так называемый hysteresis («цены растут охотнее, чем падают»), и не факт, что вернулся бы даже к 35-40 гривням.

Одно время было немного неудобно, точнее, дорого платить за границей (особенно там, где банки производят двойную конвертацию), и это часть price of the war. Сейчас НБУ уже даже ослабил некоторые ограничения.

2. Помощь из-за границы.

В первую очередь, так называемое официальное финансирование – помощь от правительств и центробанков, макрофинансовые программы, спланированные ранее, кредиты Международного валютного фонда.

Важен здесь не только сам приток капитала, но и (даже более важные) ожидания будущих поступлений из официальных источников.

Своими словами, ожидания, которые нам помогают, валюта будет, Украина будет иметь деньги и возможность вовремя платить по предыдущим долгам. Риск дефолта даже при войне близок к нулю.

3. Past (non-prior) actions – предварительная работа.

Во-первых, развитие системы электронных платежей – СЭП НБУ – и до войны несколько лет работало в режиме 23/7 (в подавляющем большинстве страны мира, особенно в Европе, этого нет).

Внедрение и развитие кэшлеса, здесь даже несколько помогла пандемия, из-за которой значительную долю платежей удалось перевести в онлайн. Развитие обмена платежей между банками, своими словами, возможность быстро и без комиссий перебрасывать средства со счетов в одном банке в другие (большое спасибо Монобанку, он значительно ускорил и катализировал этот процесс).

В итоге система справилась с нагрузкой первых дней и отлично работает сейчас.

Вдобавок помогла разъяснительная работа НБУ с банками (отдельные действительно запаниковали, несколько ограничили кросс-расчеты и кредитные лимиты 24-25 февраля и быстро пришли в себя и почти все восстановили).

4. Past actions – предварительная работа-2.

Речь о регуляции НБУ, касающейся рисков прежде всего кредитных: ограничение кредитования «пустышек и схематоза» за счет заемных ресурсов, средств вкладчиков. Только за свои, за деньги акционеров, на что банки, в целом не шли. В итоге банковская система в начале войны имела «структурный профицит ликвидности», то есть деньги, которыми не были прокредитованы разного рода схематозы, и эта ликвидность была использована, в том числе для снятия паники. Причем большая часть этих денег была в валюте.

5. Переводы от украинцев и иностранцев из-за границы.

Еще нет полной статистики, есть только помощь ВСУ (на счета, которые открыл НБУ и на покупку военных бондов). Помощь велика, как от тех украинцев, кто работает за границей, так и от иностранцев, как на нужды армии и волонтеров, так и просто переводы родным и знакомым.

Это пять основных факторов, которые помогли удержать курс и достичь умеренной девальвации, несмотря на беспрецедентные экономические потери.

Почему это важно

Курс – это очень важный индикатор для населения: чем выше, чем быстрее меняется, тем хуже настроения населения, тем больше паники. Люди не видят экономики, но видят цифры на обменниках и в банковских приложениях. Поэтому удерживать курс, пусть иногда искусственно и административно, это важная задача: панические или отрицательные потребительские настроения сильно и негативно влияют на экономику.

Что из этого? Что следует делать

Война продолжается, Россия сознательно разрушает экономику Украины, мы теряем те же 7-10 млрд долларов ежедневно. Так что дальнейшие денежные вливания очень нужны.

Необходимы также ожидания того, что эти притоки будут продолжаться постоянно – ожидания влияют на экономику и на курс даже сильнее, чем past actions.

1Просить, требовать постоянной денежной помощи от партнеров по всему миру. В любой форме и в любых суммах.

Вдобавок к тому, как мы требуем оружия, закрытого неба и другой военной помощи. Стесняться здесь не стоит и некстати. Или, как ранее писал Дмитрий Боярчук, исполнительный директор Центра социально-экономических исследований CASE Украина, формула: мы воюем, ЕС отвечает за обеспечение — такова экономика войны для Украины. Обеспечение – в том числе финансовое. Это должно быть ключевым месседжем в наших обращениях к партнерам на самом высоком уровне.

Своими словами: боитесь помогать войском, помогайте деньгами, если уж так. Это не только к НБУ, который это уже делает, а к самым высоким официальным спикерам – президенту, профильным министрам, послам, представителям.

2. Контролировать СЭП, обеспечивать ее бесперебойную работу, дублирование «узлов» и инфраструктуры, киберзащиту системы и систем банков. Это понятно даже интуитивно, и это делает Нацбанк.

3. Ограничение валютных операций и особенно вывод средств за границу.

Речь не о расчетах наших граждан, временно за границей – это работает.

Речь идет о выводе средств крупных клиентов, в том числе иностранцев. Которые, их можно понять, хотят вывести средства в более тихие «гавани». Простите, нам нужно. «Sorry, мы нуждаемся в том, что деньги для спасения вы как хорошо». Вернем после победы.

То же «всех пускать, никого не выпускать»: ввести жесткий контроль за выводом средств – текущий уровень развития финансового мониторинга позволяет это сделать.

4. Упрощать систему взаиморасчетов и переводов с иностранными банками.

Чтобы отправитель из условной Германии а) не имел проблем с перерасчетом средств в Украину (через условные внутрибанковские ограничения); б) эти средства засчитывались в течение нескольких часов, а не дней или даже недель.

Это все делается. Но требует много времени, потому что с каждым банком индивидуальная история. Как минимум, следует составить перечень крупнейших из европейских и североамериканских системно важных банков (G-Sibs и D-Sibs) и договариваться с ними. И, конечно, с их регуляторами: в банках так устроено, что через регулятора достичь цели быстрее, разрешение регулятора – уже 75% успеха.

А что же санкции в отношении России

Это отдельная история. Они давят их, и это правильно, и нужно требовать дальнейших санкций. И более важно делать то, что помогает нашей экономике.

Источник: news.liga.net